eng рус
Под эгидой
  • 22.12.2016
    начало
    приема заявок
  • 22.03.2017
    окончание
    приема заявок
  • 23.05.2017
    объявление
    шорт-листа
  • 07.08.2017
    объявление победителей
    и призеров
  • 07.09.2017
    церемония награждения,
    открытие фотовыставки
Победители 2017

Ты - моя.

Портрет. Герой нашего времени, 2-е место
2017_P_series_Ты – моя2017_P_series_Ты-моя.2017_P_series_Ты - моя.2017_P_series_Ты - моя.2017_P_series_Ты - моя.2017_P_series_Ты - моя.2017_P_series_Ты - моя.2017_P_series_Ты - моя.2017_P_series_Ты - моя.
2017_P_series_Ты – моя
2017_P_series_Ты-моя.
2017_P_series_Ты - моя.
2017_P_series_Ты - моя.
2017_P_series_Ты - моя.
2017_P_series_Ты - моя.
2017_P_series_Ты - моя.
2017_P_series_Ты - моя.
2017_P_series_Ты - моя.
Саша. 20 лет, Санкт-Петербург.
Я встречалась с трансгендером: женщиной, которая хотела стать мужчиной. Он принуждал меня к сексу, даже когда я говорила «нет» и звала на помощь соседей. Бил меня об стену головой, по лицу, я была вся в синяках. Ему нужно было доказать что он главный, он мужчина.
Лена. 24 года, Санкт-Петербург.
Когда он бил меня, я чувствовала огромную боль, от которой перехватывало дыхание, и бессильный гнев, но наши отношения я не разрывала. Почему? По правде говоря, я не знала, как мне на это реагировать. В моей семье и школе никогда не говорили о насилии. Тема насилия была табуирована в моем кругу.
Лиза. 25 лет, Санкт-Петербург.
Я чувствовала физическую угрозу. Он бил со всей силы в стену рядом с моим лицом, крушил мебель. Сексуального согласия ему не требовалось: если я не хотела близости, это просто не обсуждалось. Он говорил, что я страшная и тупая. Из-за этого у меня упала самооценка, я впала в эмоциональную кому.
Татьяна. 26 лет, Санкт-Петербург.
Он называл меня толстой и возмущался из-за того, что я не хожу в нашей коммуналке в мини- юбке и на каблуках. Потом он перестал искать поводы — мог разбудить меня ударом в спину, потому что я слишком громко дышу во сне. Когда я решила уйти, он запер меня в квартире на сутки, следил за каждым шагом.
Наташа. 30 лет, Санкт-Петербург.
Он душил меня при дочери. Утром, когда он уснул, мы выбежали из дома — с собой только паспорт, свидетельство о рождении и двое детских трусов. Он продал мои драгоценности, испортил все документы и вещи. Я осталась одна в чужом городе без вещей и денег, без жилья и с маленьким ребенком на руках.
Нина. 41 года, Санкт-Петербург.
Я ушла из семьи, но он еще долго преследовал меня. Однажды душил в лифте. Я пряталась от него в магазинах, поликлиниках. Получила сотрясение мозга от него на глазах у ребенка. Без свидетелей. В полиции отказали в возбуждении уголовного дела. В итоге я не смогла защитить ни себя, ни ребенка.
Жанна. 28 лет, Санкт-Петербург.
Она давила и манипулировала мной, чтобы я перестала общаться с друзьями. Устраивала скандал по любому случайному поводу — настроение портилось, я никуда не шла. Или делала такое выражение лица, что я чувствовала угрызения совести. В итоге мы проводили все время вместе и друзья отдалились.
Алена. 23 года, Москва.
Однажды я опоздала на пятнадцать минут — гуляла с друзьями и потеряла счет времени. Он ждал меня в метро с каменным лицом. Я только успела сказать: «Не обижайся» — он оттащил меня к стене, схватил за горло и начал орать. Я задыхалась и попыталась его оттолкнуть. Он ударом рассек мне губу в кровь.
Анна. 18 лет, Москва.
Он меня контролировал: читал сообщения в телефоне, в социальных сетях. Требовал подробных отчетов о том, с кем я иду и куда; во сколько приеду на место и когда вернусь домой. Если я выбивалась из графика, он срывался, орал и бил меня. Называл это заботой: «Я должен знать все, я же люблю тебя»

Истории российских женщин, переживших партнёрское насилие в отношениях. Это истории о власти и контроле одного человека над другим. О сложностях распознать насилие и противостоять ему. Потому что насилие — это не всегда кулаком в лицо, это когда тебя еще контролируют, игнорируют.

Для голосования авторизируйтесь через любую социальную сеть

Спасибо! Ваш голос учтен.